А потом он расскажет…

А потом он расскажет…Что случится со мной через тысячу лет?

Или вот, например, через год или десять?

Он когда-то сказал: «Ничего у нас нет,

И не будет уже ничего, не надейся».

И сложилось в груди все, что сжаться могло,

И сгорело дотла — ничего не осталось!

Что душою кривить: мне жилось тяжело -

Я пыталась дышать, но, увы, задыхалась.

Но и это ушло, и софитовый свет

Освещает меня и прекрасные лица.

Я ищу в них тепло — и я вижу ответ.

И я верю, что больше беды не случится.

И мне нравится это: чуть что — на вокзал,

И бежать от себя, но бежать еле слышно.

… А потом он расскажет, что он меня знал,

И любил больше жизни… Да как-то не вышло.

Ах Астахова